mil.ru

25 марта /ОДКБинформ/ В эти дни руководство и общественность стран-союзниц Организации Договора о коллективной безопасности вместе с Белоруссией отмечают скорбную дату - 80-летие годовщины хатынской трагедии. Конечно, в «Синеокой республике» эта боль чувствуется гораздо острее, нежели в других странах Организации. Потому и мероприятия, посвящённые Памяти этого страшного события именно на белорусской земле были масштабными, бьющими наотмашь по сердцам и нервам…

Начнём с того, что Президент Беларуси Александр Лукашенко вместе с сыновьями посетил музей, построенный в мемориальном комплексе «Хатынь». Как рассказали «Союзникам.ОДКБ» в пресс-службе главы государства, там лидеру нации показали экспозицию музея, где рассказывается не только о трагедии Хатыни, но также через связь поколений и эпох демонстрируется, какие войны, тяготы и лишения выпали на долю предков современных жителей Беларуси, как им приходилось защищать свою родную землю и право жить на ней. Основной акцент сделан на событиях Второй мировой и Великой Отечественной войн.

Стоит заметить, что музейный комплекс в Хатыни наполнен множеством экспонатов и современных интерактивных технологий, которые позволяют максимально реалистично рассказать о страшных событиях прошедших лет. За каждой стеной, каждой фотографией в музее - страшные преступления, совершенные фашистами и их пособниками на белорусской земле. Даже общая цифра сожженных и пострадавших в Беларуси деревень точно неизвестна. На сегодня - это 10 961… Но, как рассказали Президенту сотрудники музея, она далеко не окончательная.

Александр Лукашенко, как пишет официальный президентский сайт, внимательно осмотрел все экспозиции, и заметил, что «ранее о событиях военных лет порой рассказывали в некоторой степени киношно, а вот в новом музее все максимально близко к реальности».

- Все просто и понятно. Именно так, как тогда было, - резюмировал белорусский лидер.

Лукашенко также выразил уверенность, что эти экспозиции «должны впечатлить посетителей». После посещения музея Президент Белоруссии Александр Лукашенко оставил запись в книге почетных гостей. Во время же памятного мероприятия Глава государства возложил венок к Вечному огню и принял участие в митинге-реквиеме, во время которого память погибших почтили минутой молчания.

Но только ли скорбной минутой молчания мы должны почтить память об этой страшной трагедии? Только ли подсчётом сожжённых и расстрелянных должны заниматься сегодня потомки тех, кто выстоял и победил в той неслыханной по жестокости войне? Наверное, нет… Нам думается, сегодня, когда фашизм уже не просто поднимает голову, а буквально расправляет плечи, да ещё у самых наших границ – все мы должны держать в голове не только жертву, но и палачей, то есть, тех, кто совершал эти дикие преступления на нашей общей тогда земле. А одновременно мы должны понимать, что малейшее забвение подробностей и деталей тех событий непременно обернётся возвращением нацистского монстра. Согласитесь, в советское время власти предпочитали не афишировать национальную принадлежность гитлеровских пособников, совершивших кровавые злодеяния. А к чему это привело - мы видим на примере сегодняшней Украины…

Но для начала вспомним, что же произошло тогда, 22 марта 1943 года, то есть, ровно 80 лет назад, когда нацисты уничтожили белорусскую Хатынь…

В тот страшный день маленькую – всего в 26 дворов – деревню, расположенную примерно в 50 километрах от Минска окружили каратели, облачённые в мундиры СС. Они согнали всех жителей в большой сарай на краю села, где их наглухо заперли, а затем подожгли. Пытавшихся выскочить из огненной могилы в упор расстреливали из пулемётов и автоматов. Всего тогда погибло 149 мирных жителей, среди них было 75 детей. Чудом уцелели лишь три человека. Одним из них был 56-летний местный кузнец Иосиф Каминский. Вечером, когда ушли каратели, он нашел среди тел погибших односельчан своего умирающего сына. Именно Каминский стал прототипом для скульптуры «Непокоренный человек» – главной смысловой точки хатынского мемориала, являющейся символом того чудовищного горя, что принесли гитлеровцы на советскую землю. Но палачами белорусской деревни были не немцы – они лишь руководили процессом. «Грязную работу» по приказу хозяев выполнили украинские полицаи, т.е. те, кого нынешние власти незалежной державы считают самыми настоящими героями. И это одна из причин, по которой трагедия Хатыни не может быть предана забвению – уж очень это неудобная история для свидомых мифотворцев…

О чём же мы все должны помнить в эту страшную годовщину? Прежде всего, то, что трагедия Хатыни стала местью оккупантов за партизанскую акцию, проведенную неподалеку. Утром 22 марта народные мстители обстреляли двигавшуюся по шоссе Логойск – Плещеницы колонну полицейского батальона. Были убиты пятеро нацистов, среди них гауптман Ганс Вёльке – «любимец фюрера», чемпион Олимпиады-1936 в Берлине по толканию ядра. Его смерть не могла остаться безнаказанной. Карательную акцию поручили тому самому полицейскому батальону, который подвергся нападению. Но никаких партизан нацисты не обнаружили, и тогда обратили весь свой гнев на тех, кто подвернулся. Первым делом каратели расстреляли попавшихся им на пути лесорубов, после чего подошли к самой Хатыни, взяв её в плотное окружение. Кровавая акция началась ровно в полдень…

Потом каратели отчитались об успешно проведённой «антипартизанской операции», записав убитых стариков, женщин и детей в «лесных бандитов». Этим, кстати, до сих пор пользуются некоторые западные историки, утверждая, что «мирных жителей в деревне не было», там якобы засели партизаны, в бою с которыми Хатынь и была сожжена.

Поэтому мы должны на любых площадках всегда подчёркивать, что трагедия была, и она являлась отражением политики террора и геноцида, проводившейся нацистами на нашей земле. А «сомневающиеся» должны получать резкий отпор как со стороны общества, так и высшего государственного руководства. С любителями пофантазировать на тему «никакого преступления не было» диалог возможен только в рамках возбуждённого уголовного дела по ст. 354.1 УК РФ (реабилитация нацизма). И никак иначе!

Идём далее. Всегда и везде следует подчёркивать, что Хатынь уничтожили не абстрактные «немецко-фашистские оккупанты», а убийцы из 118-го шуцманшафт (т.е. полицейского) батальона, сформированного из граждан советской Украины. Создателем этого подразделения был бывший петлюровец Константин Смовский, а куратором от немцев – тот самый Ганс Вёльке. Костяк батальона составляли бандеровцы-западенцы из Буковинского куреня, сформированного под крылом гитлеровцев в оккупированных Черновцах. «Крещение» кровью его «бойцы» прошли осенью 1941-го, когда расстреливали киевских евреев Бабьем Яру. В начале 1942-го гитлеровцы соорудили из куреня 118-й полицейский батальон, который перебросили в Белоруссию, где ширилось партизанское движение.

Немцы презирали своих западенских холуев, считая их хоть и послушными, но туповатыми кадрами, у которых к тому же не было опытных в военном деле командиров. Поэтому батальон «укрепили» перешедшими на сторону захватчиков бывшими советскими офицерами – выходцами с Украины, вроде бывшего старшего лейтенанта РККА, уроженца Черкасской области Григория Васюры и бывшего лейтенанта РККА, уроженца Херсонщины Василия Мелешко. Оба в немецком плену стали убеждёнными украинскими националистами.

Именно эти двое больше остальных «отличились» в Хатыни, которая стала далеко не первой уничтоженной белорусской деревней в их кровавом «послужном списке». Начальник штаба 118-го батальона Васюра лично планировал и осуществлял операцию, а рота под командованием Мелешко загоняла людей в сарай, а затем расстреливала тех, кто пытался спастись.

После войны розыск палачей занял многие годы. В 1974-м на скамью подсудимых попал Мелешко. Его и ещё нескольких карателей арестовали органы КГБ, год спустя он был приговорен к высшей мере наказания и расстрелян.

Васюру искали еще дольше. Этот палач после войны ловко сумел скрыть своё кровавое прошлое и сделал блестящую советскую карьеру – стал заместителем директора передового совхоза в Киевской области. За трудовые подвиги получил от партийного руководства Украины множестве поощрений, грамот и памятных знаков, по слухам, даже был представлен к званию Героя Социалистического Труда! Мало того, Васюра умудрился пробить себе удостоверение ветерана войны и даже звание Почётного курсанта Киевского военного училища связи, где учился в 1930-е.

«Ветеран» любил выступать перед молодёжью, рассказывая, как будучи командиром Красной армии в 1941-м геройски дрался под Лиепаей, как тяжело контуженным попал в плен, как скитался по фашистским концлагерям, за что потом повергся гонениям при «культе личности». Васюра обнаглел настолько, что в канун 40-летия Победы пытался получить орден Отечественной войны, которым тогда награждали всех живущих на тот момент фронтовиков, и у него даже приняли документы. Но когда началась проверка, выяснилось, что потенциальный орденоносец является однофамильцем карателя, чья фамилия часто мелькала на Минском процессе, когда судили Мелешко. Стали уточнять и оказалось, что речь идёт о том самом Васюре – главном палаче Хатыни. Когда в 1986 году за бывшим гауптштурфюрером пришли из КГБ, это стало настоящим шоком не только для его родных, но и для украинских партийных функционеров, которые многие годы двигали этого человека по карьерной лестнице.

По поводу Васюры даже состоялся напряжённый диалог между первым секретарём ЦК Коммунистической партии Украины Владимиром Щербицким и его белорусским коллегой Николаем Слюньковым. Щербицкий очень просил не предавать судебный процесс широкой огласке. Дело в том, что в 1986 году отношения между партийными начальниками обеих республик и так обострились из-за Чернобыля – авария случилась в УССР, но радиоактивное облако накрыло Белоруссию. А тут ещё суд в Минске над карателем с Украины. В конце концов, в спор вмешалась Москва, и суд над Васюрой сделали закрытым. В январе 1987-го бывшего начальника штаба 118-го батальона тихо расстреляли по приговору военного трибунала…

То, что тогда не была громко и публично указана национальность палачей Хатыни, стало большой политической ошибкой. Понятно, что советская власть исходила из самых лучших побуждений, стараясь избежать межнациональной вражды, и так поступали не только в отношении украинцев, но и латышей, эстонцев, литовцев… Пособники гитлеровцев как бы не имели национальности, а тот факт, что в отдельных союзных республиках таковыми было едва ли не большинство, оставался за скобками.

Однако представили этих народов явно сделали из этой истории неправильные выводы. Уже в независимой Украине (причем задолго до Евромайдана) палачей Хатыни фактически провозгласили «национальными героями». Например, в Черновцах в 1995-м установили памятник «борцам за украинскую независимость» из Буковинского куреня, а во времена «оранжевого» президента Ющенко некоторые депутаты ВРУ от нацистской партии «Свобода» даже заявили о том, что они гордятся тем, что «большевиков» Хатыни уничтожили «настоящие украинские патриоты»…

И сегодняшняя ситуация на Украине стала кульминацией замалчивания «национальной стороны» Хатынской трагедии. И от этого «стыдливого» молчания нам надо отказаться раз и навсегда!

И, вот ещё что… В своё время Запад не дал осудить подчиненного Мелешко Владимира Катрюка, который из станкового пулемёта стрелял по горевшим в Хатыни людям. После войны эта сволочь сумела остаться во Франции, отслужить в Иностранном легионе, а в 1951-м удачно эмигрировать в Канаду. При получении ее гражданства Катрюк заявил, что якобы не имел никакого отношения к нацистам и их преступлениям. Ему поверили, и хатынский палач осел на собственной ферме под Монреалем, где стал разводить пчёл и продавать мёд. В 1999-м Федеральный суд Канады установил, что Катрюк солгал о своём прошлом, его лишили гражданства. Представители Центра Симона Визенталя добивались экстрадиции карателя, чтобы предать суду, но расследование тянулось годами, пока в мае 2007-го его не прекратили… из-за «недостатка доказательств». В 2010-м убийце с извинениями вернули канадский паспорт – украинское посольство сумело убедить Оттаву, что Катрюк стал «жертвой грязной пропаганды». Избежавший заслуженной кары последний палач Хатыни спокойно умер в собственной постели летом 2015 года…

И это нам тоже урок – палач не должен уйти от возмездия. Если нельзя это сделать законным способом, надо использовать другие варианты: вряд ли кто-то в Канаде стал горевать, если бы Катрюка, скажем, в 2011-м нашли повешенным на березе близ его фермы. Зато его свидомые почитатели получили бы наглядный урок, что никто не забыт и ничто не забыто! Увы, ложное понимание гуманизма в свете международного права порождает только безнаказанность, чему мы сегодня все являемся свидетелями на примере нацифицированной незалежной державы…

Вадим Андрюхин, Владимир Столбов / «Союзники. ОДКБ»

«ОДКБинформ»